Соблазнённая  - Эрика Адамс

Максимилиан взял бутылку бренди и опустился в кресло, наполнил бокал янтарным напитком.

– Можешь погасить свечу, чтобы она не мешала тебе спать. А мне пора кормить демонов прошлого, – мужчина коснулся своей головы, стукнув по ней пару раз пальцами, – они голодны и стучатся в меня.

Эмиля дунула на огонёк свечи и улеглась на кровать, стараясь не ложиться на то же самое место, где лежал Максимилиан. В воздухе раздалось чирканье и потянуло табачным дымом.

– Я попросила бы тебя не курить. Мне будет тяжело уснуть, вдыхая дым, – подала недовольный голос Эмилия.

Отчего-то почти в полной темноте, когда контуры окружающих предметов едва угадывались, было легко говорить прежним тоном капризной красавицы, у ног которой сидела толпа поклонников в ожидании благосклонного кивка её головы.

– В темноте так легко обманывать самих себя, – произнёс Максимилиан, словно прочитал её мысли, но всё же отложил прочь трубку. Раздался лёгкий звон бутылки о бокал и журчание жидкости, наполняющей бокал.

Эмиля приготовилась ворочаться с бока на бок от услышанного и от едва слышимых звуков, производимых Максимилианом, но вопреки собственным ожиданиям, уснула, едва смежив веки.

***

Утро ворвалось в комнату яркими лучами, бьющими прямо в глаза. Уже довольно поздно, поняла Эмилия и поморщилась – каким образом во сне она очутилась на том краю кровати, где спал Максимилиан, и сейчас вместе с воздухом вдыхала его запах? Острый, резкий, с явным привкусом пряного табака… Самого мужчины в спальне не было. Она села, опустив ноги на пол, и тут же едва не подпрыгнула от испуга, когда её ноги коснулись чьего-то тела. На ковре рядом с кроватью лежал Максимилиан, раскинув руки в стороны. Рядом с ним лежало две опустошенных бутылки из-под спиртного.

Максимилиан лежал неподвижно и, казалось, даже не дышал. Эмилия осторожно ткнула в плечо мужчины ногой. Рука мужчины взвилась в воздух и тут же захватила ступню девушки в плен.

– Я мертвецки пьян, но не мёртв, Эмили, – слегка заплетающимся языком произнёс мужчина, – Не стоит тыкать в меня ногой, словно в издохшего зверя палкой.

– Кажется, что ты собирался отбывать вместе с рассветом. Рассвет уже наступил.

– Мой рассвет только что наступил на меня своей изящной ножкой, едва не раздавив.

Эмилия подавила приятную волну, поднявшуюся изнутри. Максимилиан умел говорить комплименты и произносил красивые слова, но делал это с таким видом, будто смеялся над самим собой или имел в виду нечто совершенно другое.

– Я бы предпочла стать закатом. После наступления которого на тебя опустилась бы непроглядная тьма.

Девушка вырвала ногу из захвата пальцев и юркнула под одеяло. Максимилиан присел, опираясь руками на кровать.

– Как жестоко. Красиво, но жестоко.

– Для тебя – в самый раз.

– Я бы поспорил, но сделаю это позже. Сейчас я займусь тем, что тебе на радость скроюсь с твоих глаз… На время.

Мужчина поднялся и побрёл в уборную комнату, предоставив девушке время на то, чтобы одеться в мгновение ока даже без помощи прислуги. Она открыла бар – в ряд стояли пузатые бутылки. Возможно, не так уж неправы были те, кто говорил, что Максимилиан перед мнимой смертью безвылазно сидел в доме и пил – за несколько часов он умудрился вылакать две бутылки бренди. Удивительно только, как он вообще смог встать на ноги и связно говорить.

– Девушкам не пристало употреблять спиртное за завтраком. Спускайся вниз, прислуга накроет на стол через несколько минут.

Эмилия улыбнулась и сделала пометку для самой себя ответить подобной же колкостью мужчине. Максимилиан был прав – стоило ей появиться внизу, как прислуга кинулась накрывать на стол. Эмилия не стала себя утруждать ожиданием Максимилиана, проворачивая в голове мысли, как стоит распорядиться временем без присутствия рядом мужчины…

Максимилиан так и не спустился к завтраку, она увидела его спускающимся по лестнице, одетым в дорожный плащ.

– Уезжаешь?

– Надеюсь, что в последний раз придётся покидать тебя на несколько дней.

– Возможно да, а возможно и нет…

Она обошла его стороной по широкой лестнице.

– Ничего не хочешь сказать перед расставанием?

– Я? – искренне удивилась она, – абсолютно ничего… Хотя, постой.

Эмилия спешно поднялась, толкнув дверь его спальни, и через пару минут спустилась вниз. На лице играла обворожительная улыбка.

– Это тебе, – протянула она мужчине свёрток.

– Сувенир в дорогу, напоминающий о тебе? Как трогательно…

Максимилиан развернул ткань, увидев несколько бутылок бренди.

– Ни в чём себе не отказывай. Можешь даже упиться вусмерть, желательно правя при том своим экипажем.

– О, ты так добра, моя дорогая! Но я намерен поступить иначе… Вернуться живым, здоровым и полным сил.

– Надеюсь, что если это и произойдёт, то очень и очень не скоро.

– Мы будем обмениваться подобными любезностями или ты поцелуешь меня на прощание?

– Почему бы и нет?

Эмилия улыбнулась и спустилась на одну ступеньку лестницы, оказавшись одного роста с мужчиной, подалась вперёд, замечая, как сверкнули его глаза. Их губы разделяли всего какие-то жалкие два дюйма, как она резко отпрянула.

– Я передумала. От тебя несёт, как от старого пропойцы…